Право остаться человеком: о романе Соны Абгарян «Ева»
В 2023 году в издательстве «Астрель» в переводе Лилит Меликсетян вышел дебютный роман Соны Абгарян «Ева». Книга вызывает сложные чувства. Она выходит за рамки жанра боевого фэнтези и превращается в мощное высказывание о войне, мести, дружбе и любви.
Мир «Евы» устроен просто и в то же время сложно. Читатель оказывается словно посреди повествования; это сбивает с толку, но и сама героиня не сразу может вспомнить, что с ней произошло: Ева приходит в себя израненной, ничего не помня. Постепенно память возвращается к ней. В Городе (в котором угадывается Ереван) не утихает гражданская война между кланами Герберов и Парикмахеров. Герберы и их сторонники — воплощение Зла. Властелин Города, Гербер Четвёртый, творит самые отвратительные дела: он насилует собственных дочерей (отчего вспоминается потрясшее всю Москву дело сестёр Хачатурян). Юная воительница Ева противостоит Герберам. Её окружение удивительно даже для фэнтезийного мира: матриарх Бабушка, Человек-Зонт, Дэв (вовсе не чудовище, а, напротив, мужественный красавец), армия воинственных проституток и армия полупрозрачных недомертвецов (они выступают на стороне Евы). В этом мире растения имеют душу, улитки способны развивать неожиданную скорость, одушевлённый дом чародейки Вики сам передвигается по болоту, а чудесный наставник Евы — Пастух Арутюн — способен существовать как в мужской, так и в женской ипостаси. Очень элегантно решён вопрос пространства и времени: неназванная, словно сказочная страна, неназванный Город, за которыми проступают очертания реальной Армении и Еревана. Герои живут в альтернативной реальности, однако сквозь неё, как сквозь туман, проступают современные нам события. Время по большей части течёт вперёд, но иногда, в особых случаях, начинает идти вспять.
Ева с главным оружием: смертоносными косами. Картинка предоставлено автором
Ева одержима войной («Моё имя — война», — говорит она о себе). Едва придя в себя после ужасного поражения, в котором погибла вся её небольшая армия, девушка начинает готовиться к новым сражениям. Она заточена на войну в буквальном смысле: её главное оружие — волосы, смертоносные косы, которые во время боя превращаются в мечи. Вокруг неё, новой Жанны д’Арк, довольно быстро собирается армия — небольшая, но эффективная, преимущественно женская.
Сона Абгарян, не щадя читателя, крупным планом показывает самые чудовищные моменты войны. Ева и сама льёт кровь как воду. Глядя на неё, Бабушка вспоминает свою сестру Шушан, опасаясь, что девушка повторит её судьбу:
«…Рано или поздно Шушан всё равно погибла бы... Её ослепила жажда убийства, она утратила чувство реальности, потеряла понимание цели, ради которой стоило сражаться, и, казалось, ничто не в состоянии её остановить. Не хочу, чтобы ты стала такой, как она».
Ева действительно кажется не в меру воинственной. Однако в глубине её души живёт воспоминание о маленьком мальчике, которого она не сумела спасти от Герберов. Она воюет во имя этого мальчика и ещё множества детей, во имя всех обездоленных и бесправных. Во имя старухиных козлят: в доме Бабушки Ева видит семь фарфоровых фигурок и узнаёт историю о том, как подручный Гербера Четвёртого расправился с белыми козлятами, которыми Бабушка так дорожила. Тогда-то она и обрела магическую силу каждый апрель вызывать град и снег. «Бабушкины козлята погибли, Ева, и гибнут до сих пор».
Семь фарфоровых фигурок козлят. Картинка предоставлено автором
Однако в мире «Евы» всё куда сложнее, чем полная страданий, но понятная борьба добра со злом. Имеет ли человек, одержимый жаждой справедливости, право на самосуд? Имеет ли герой право звать на борьбу других, зная, что они могут погибнуть? Ева стоит перед сложным моральным выбором: виня себя в гибели соратников, она отказывается сложить оружие. Ею движет желание защитить дорогих ей людей, но именно поэтому они могут погибнуть: Ева — личный враг Дозы, унаследовавшего власть над Городом после гибели Гербера Четвёртого. Стоит ли платить за убеждения человеческими жизнями? Но есть ещё один вопрос, едва ли не самый сложный: имеет ли человек право уничтожать себе подобных? Убийство во имя правого дела остаётся убийством, напоминает Еве Пастух Арутюн. Ева не спорит. Она готова признать, что её руки в крови врагов, которые, при всей их отвратительности, тоже люди. Ей приходится не только сражаться за жизнь и свободу близких, но и определять для себя, что значит быть человеком.
«— Ева, ты знаешь, что такое убийство. Даже когда оно совершается ради спасения других, убийство остаётся убийством, и ты носишь его в себе до самой смерти. Лишение жизни не имеет оправдания. А о причинах можно говорить бесконечно. Жажда крови — болезнь, которую наши предки завещали нам, потому что не придумали, как жить иначе. Тебя будут осуждать и за убийства, и за отказ от них. Но ты знаешь, что отказ от убийства хотя бы дарует тебе освобождение.
— Иная жизнь, — повторяет Ева, глядя в землю. — Чтобы жить иначе, нужно ещё выполнить грязную работу, Мастер. И её делают такие, как я, переходные фигуры. Мы потерянные души, чьё существование опасно для мира. Мы вершим самосуд, исходя из желаний тысяч и тысяч угнетённых. В нашем городе закон ещё не установлен — и мы, и власти пока не дошли до этого этапа. А значит, закон должен будет очистить город и от таких, как я, и от таких, как Доза. В каком-то смысле мы с ним одно и то же. Но я не теряю надежды стать человеком, Мастер. Я хочу оставаться человеком».
Здесь автор делает ещё один неожиданный разворот (в романе их множество). Ева, обладательница волшебных волос-мечей, владеющая множеством боевых приёмов, вооружённая по последнему слову фэнтезийной техники, прошедшая курс боевого искусства у самого Пастуха Арутюна, словом, сверхсущество, заявляет о желании стать человеком.
«Еву» можно читать как классическое, хоть и страшное фэнтези с множеством кровавых подробностей (поклонники жанра, вероятно, к такому привыкли). Если же смотреть на роман как на попытку переработать личные переживания, связанные с войной (Сона Абгарян родом из Берда), то это чтение болезненное, но необходимое.
«Ева» — один из самых необычных текстов последних лет. Не последнюю роль в этом, кажется, сыграла авторская оптика: короткие главы похожи на киноэпизоды, а выразительные иллюстрации, выполненные самой Соной Абгарян, служат вступлением к ним (недаром Лилит Меликсетян называет книгу графическим романом). Роман получил признание ещё до публикации: в 2022 году его рукопись под названием «Старухины козлята» была удостоена премии «Рукопись года».
О самой же истории Наринэ Абгарян, сестра писательницы, говорит так: это книга о городе, который пал, но не сдался. О людях, которые сильнее отчаяния, и о жизни, которая победила смерть.
